20 окт. 2011 г.

Традиционный поисковые системы пользователям уже не нужны?

Взято с сайта Интернет-РУ

Аналитики во всём мире размышляют на тему перспектив интернет-поиска в его нынешнем виде. Вердикт однозначен: поиск в том виде, в котором он существует сейчас, пользователям уже не нужен.
В очередной раз задались вопросом по поводу реформирования поисковой системы в компании Google. Несмотря на то, что в сравнение с предыдущим финансовым отчетом прибыль корпорации увеличилась на 26%, руководство Google хорошо осознает, что основной доход приносит именно поисковая система.
Запросы пользователей сейчас сильно изменились, и поисковик, который выдает множество страниц со ссылками на ресурсы, уже не котируется. Людям нужны ответы на вопросы, а не источники, которые в поисках этого ответа нужно «перелопатить».
Такая тенденция наметилась в результате широкого распространения смартфонов. И сейчас пользователи зачастую спрашивают у поисковиков, к примеру, какие рестораны, расположены поблизости, или, где можно купить ту или иную продукцию, и т.д.
И опять инициативу в этом вопросе удалось захватить корпорации Apple. В новом iPhone есть приложение Siri, которое умеет распознавать человеческую речь, анализировать её, и давать корректный «человеческий» ответ. Это, в общем, именно то, что требуется: быстрый конкретный ответ на вопрос.
Бизнес в Сети без интернет-магазина представить себе довольно сложно. Здесь www.advantshop.net Вы найдете идеальное решение, которое подойдет именно вашей компании.

19 окт. 2011 г.

Москва просит интернет-поисковики выделить данные госведомств

Взято с РИА-новости

Правительство Москвы ведет переговоры с крупнейшими интернет-поисковиками о создании специальной системы, которая позволит выделить официальную информацию с сайтов государственных ведомств, сообщил в среду на конференции RIW-2011 руководитель столичного департамента информационных технологий Артем Ермолаев.

Речь идет об использовании специальных тегов, которые позволят поисковой системе понимать, что она имеет дело с достоверной информацией от государственных органов и как-то выделять ее в результатах поисковой выдачи. Нововведение поможет пользователям отделить в интернете важную и достоверную информацию от непроверенной.

"Переговоры ведутся со всеми крупнейшими поисковыми системами, но никаких конкретных договоренностей пока не достигнуто", - уточнила РИА Новости пресс-секретарь департамента информационных технологий Москвы Елена Новикова.

Столичные власти планируют опубликовать в интернете ряд данных, которые помогут жителям столицы быть в курсе происходящего в городе, заявил Ермолаев. Например, в ближайшее время пользователи смогут получить доступ к реестрам разрешений на перевозку легковыми такси, рекламных мест, нестационарных торговых мест, зеленых насаждений. Предполагаемые нововведения в системе интернет-поиска помогут сделать так, чтобы эти данные не "потерялись" в общем потоке непроверенной информации.

18 окт. 2011 г.

Интернет "для диссидентов"

Взято с сайта nag.ru

Автор: Максим Букин

Когда бюрократам надо выбить финансирование на различные технические новации, они обращаются к обычным ИТшникам, чтобы те помогли им объяснить старые технологии с помощью новых слов. Именно так, к примеру, родился термин "теневой интернет", который пару месяцев назад встряхнул глобальную сеть в помощью "разоблачений" и обещаний правительства США дать возможность "повстанцам", а также "борцам за свободу" подключаться к Сети даже при тотальном контроле за магистральными каналами связи со стороны многих "тоталитарных правительств". Ведь организация и управления мобильными группами "граждан" любой направленности осуществляется с помощью мобильных систем связи. Поэтому - рассмотрим на практике чем эта "технология" или уже, скорее, бренд, будет полезен для обычных пользователей и операторов связи.
"Неубиваемые" сети
Если вспомнить совсем недалекую историю, то можно отметить, как несколько лет назад в США отмечался бум беспроводных сетей в сегменте "общественной безопасности". Муниципалитеты всех уровней были готовы использовать для этого мобильный WiMAX (тогда это считалось передовой технологией мобильной широкополоски - мир еще не "подсел на LTE), который обеспечивал высокую скорость и высокую "живучесть" подобных сетей. Эти проекты "товарищами в погонах" были внимательно изучены и что-то нашло применение в военных системах. Для гражданских же нужд были предложены различные варианты Mesh-сетей, которые бы работали как на основe Wi-Fi, так и Bluetooth или EDGE/HSPA. LTE – в перспективе тоже рассматривается.
"Неверных не видно? Сейчас запостим фотки на Facebook!"
Основное отличие таких сетей от всех остальных гражданских аналогов - полноценная децентрализация и "самоорганизация" (в кавычках потому, что управление происходит в полуавтоматическом режиме). Но в идеале сеть, даже будучи микромиром "сам-в-себе" может выстраивать наиболее адаптивную конфигурацию работы в зависимости от того, какой ее сегмент "выбивается", к примеру, стихийными бедствиями или организационными мерами властей. В самой простой ситуации принцип работы таких систем можно описать как "все-со-всеми": каждая базовая станция одновременно обслуживает пользователей и является магистральным сегментом сети, передающем информацию от соседей внутри системы связи. Если какое-то количество транспортных узлов (на самом деле "узел" - слишком громкое название, в его роли может выступать обычный роутер) выходит из строя, их абонентов и транспортные каналы автоматически "подхватывают" другие базовые станции.
В странах с несколько нестабильной инфраструктурой связи необходимы дублирующие решения
Отмечу, что Mesh-сетки строить не так уж и сложно – если поискать, можно найти десятки примеров за весьма скромные деньги с различной типологией такой сети и различным оборудованием. Кто-то даже считает, что самым большим примером такой системы можно считать проект Beeline Wi-Fi в Москве, который построен на оборудовании Nortel. Но, на мой взгляд, это больше показуха, чем реально полезно решение, которое приносит своему владельцу прибыль.
Схема "теневого интернета": если нельзя подключиться легально, надо это сделать нелегально – добить радиосигналом через границу, к примеру.
В любом случае, не вызывает никакого сомнения то, что "теневой интернет" - это технологическая игрушка, применяемая для ведения психологической войны. Как бы странно/страшно или смешно не звучали такие термины, но это соответствует новой реальности, в которой "пользовательский контент", поданный даже "без купюр", но с соответствующими "приправами" в виде контекста передачи, пользуется бешеным успехом. Вспомним, что съемка на камеру мобильного телефона с дрожащих рук, размещенная на YouTube через несколько минут после того или иного события, будет восприниматься, для огромного числа людей, куда как более очевидно и серьезно, вызывать гораздо большее доверия, чем репортаж любого официального или "независимого" ТВ-канала. Эти самые каналы даже используют такую "нарезку видеокадров" как иллюстрации к своим репортам: не брезгует этим ни CNN ни Euronews. Что уж говорить о нашем "любимом" LifeNews. А ведь для того, чтобы можно было передать такие ролики из гущи событий, чтобы можно было дать возможность отправлять сообщения в социальные сети, проекты "теневого интернета" и развиваются.
Даже древних железок XO-1 проекта One Laptop Per Child вполне хватает для отправки записей в Сеть
Причем, задача мобильных комплексов связи в проектах "теневого интенета" - не передача секретной разведывательной информации. Кому она нужна. :) Во всяком случае, не таким образом. Их основная задача - создать автономную, по возможности мобильную инфраструктуру для выхода в Сеть по беспроводным каналам связи. Причем организовать значительную часть этой самой инфраструктуры из подручных материалов или недорогого оборудования, которое можно быстро заменить. Поэтому какой-то типовой схемы сборки подобных систем нет - все очень динамично и зависит от необходимой силы сигнала, от того на какой частоте будут общаться друг с другом устройства, а также от местности, где будет разворачиваться такая система. Для ее управления достаточен легкий, простой и недорогой нетбук, роутер/хаб/маршрутизатор, антенны (направленные или круговые), а также комплекс связи с той системой, которая даст возможность подключить это все к сети Интернет: чаще всего это сотовая связь или проводное подключение или, реже всего из-за своей дороговизны, спутниковый модем.
В этих страна, по мнению Госдепа США, есть "проблемы с доступом к информации" со стороны самых обычных людей. Значит им показан "теневой интернет".
Кстати, в том же госдепе США совсем не скрывают того факта, что новые технологии в первую очередь предназначены для "гражданских активистов" в Иране, Сирии и Ливии. В списке стран, ограничивающих свободу информации, упоминается и Россия, где, по мнению Вашингтона, применяется "избирательная цензура". :) Дело в том, что локальные чиновники "от связи" многих стран достаточно быстро поняли: для препятствия выхода информации, к примеру, о столкновениях народа с армией или полицией в Сеть, надо оперативно блокировать фиксированные и мобильные каналы связи. Однако, с помощью мобильных комплексов, которые сложно отследить и практически невозможно "заглушить", эта проблема может быть решена. Тем более она не может быть решена, если организаторы таких систем обладают спутниковой связью или могут "прицепится" к сотовым "вышкам" от провайдеров, которые можно поймать на границе государства.
Подключение без цензуры
Активности спецслужб США можно только позавидовать - ведь они творчески используют те технологические наработки, которые реализовывались достаточно давно. Просто приспособили уже имеющееся оборудование для своих нужд, получили дополнительное финансирование под красивый "бизнес-план" и, самое главное, могут продемонстрировать что-то работающее для соответствующих комиссий Конгресса. Российские "коллеги" именно в умении устраивать шоу и, заодно, получать какой-то позитивный результат заокеанским представителям спецслужб, конечно, уступают.
При том, что сама по себе задача быстрого построения и типовой, практически мгновенной настройки локальных беспроводных сетей пользователями, которые слабо разбираются в информационных технологиях - вполне решаема. Над этой проблемой доступа, минуя "узкие места" или разрушенную инфраструктуру связи, уже работают.
Инсталляция самодельных направленных антенн для установки радиосвязи. За счет дешевых компонентов их можно собирать даже из технологичного мусора.
Вот как это может выглядеть в итоге
К примеру, если организовать mesh-сеть из смартфонов (для этого достаточно программной модификации) и нескольких маломощных БСок (можно даже фемтосот), то "выбивая" отдельные сегменты такой системе, никакого серьезного урона ей не нанести. Да, за счет высокой частоты работы (от 900 МГц) такая сеть будет нуждаться в частых ретрансляторах, но несколько городских кварталов захватить она вполне в силах. Кстати, сама концепция mesh-сетей следует именно из этого постулата - из того, что значительное большинство элементов сетевой инфраструктуры может "принять на себя" обслуживание абонентов в случае выхода из строя соседней базовой станции, соседнего хотспота и т.д. Если хватит мощности, конечно. Понятно, что промышленные системы в этом отношении действуют "на автопилоте" и потеря даже значительной части базовых станций им не страшна с т.з. успешной связности и предоставления сервиса (хотя, качество, конечно, упадет). Для маленьких, "карманных" сетей все придется настраивать "руками". Но их достоинство в том, что действуют они как пчелы – небольшой размер, не очень великий урон, но для их уничтожения необходимо приложить громадное количество усилий.
Если посмотреть как это реализуется на практике, то сразу вспоминаем проект Palisades в Афганистане - здесь вышки сотовой связи ставят на территории военных баз США. Частотным регулированием, понятное дело, никто не занимается, поэтому мощность можно настраивать на максимум, как и использовать наиболее выгодные для работы "нижние" диапазоны частот. Кстати, контролируя сотовую связь в военном и гражданском сегментах, радиоразведка войск США позволяет получать огромное количество информации от противоборствующих сторон (привет, мобильным модулям системы "Эшелон"!). Ведь уже мало кто передает оперативную и боевую информацию по рации - голоса не хватает для оперативного управления войсковыми и специальными операциями. А огромные потоки данных можно "прокачать" только через Wi-Fi, WiMAX или UMTS-сети с поддержкой HSPA.
Небольшие местные радиосети вполне можно объединить в "облако"
Что применяют на практике для выхода в Сеть? Это либо стационарный "пост связи", либо мобильный, смонтированный на бронированном и/или закамуфлированном автомобиле. Самый оперативный вариант - автомобиль с инсталлированной спутниковой тарелкой Ka-диапазона (80 см а диаметре), в котором установлено несколько направленных Wi-Fi антенн, которые могут "добивать" на расстояние в несколько сотен метров (частота 2,4 ГГц), или мини-БС на частоте от 450 до 2100 МГц, которая может "пробивать" сигнал и подальше. Либо вариант с радиотранслятором – он стоит на автомобиле, а БС выносится на какое-либо доминирующее здание в пределах прямой видимости: тогда можно "накрыть" площадь в несколько квадратных километров. Вопрос с автономным питанием такого комплекса волне легко решить с помощью переносных дизельгенераторов, а скрытность и мобильность достаточно высоки. Поэтому подогнать небольшой микроавтобус или джип можно практически в любую точку страны, даже охваченной беспорядками, несложно.
Носимый комплект "интернет в чемодане" – экспортный вариант, где все чисто и красиво: собрать это можно в любой лавке, где торгуют электроникой
Второй вариант - это мобильный носимый комплект: т.н. "интернет в чемодане". Его типичный состав – сетевое оборудование и направленные антенны для различных средств связи. Достаточно электропитания и можно развернуть мини-сеть и подключить абонентов к стационарному (более скоростной вариант) или беспроводному каналу связи (радиорелейка, ADSL или Ethernet, возможен и VSAT).
По сути, такой "чемоданчик" позволяет создать "изолированную сетевую инфраструктуру, которую невозможно контролировать, нельзя отследить и очень трудно уничтожить". Такой "чемодан" позволяет создать собственный интернет в условиях, когда все остальные средства связи блокированы государством. Специальное программное обеспечение позволяет включенным в сеть компьютерам и мобильным телефонам свободно обмениваться информацией и выходить во всемирную паутину без создания единой точки доступа.
В комплект каждого устройства включается также совсем недорогой нетбук для администрирования этой системы, необходимое число роутеров или модемов, а также коробка с флешками для распространения систем подключения и ПО для шифрования отправляемых сообщений (CD уже не актуальны). Туда же обычно записывают малый набор мобильного офиса - офисные приложения, которые могут работать без установки на компьютер, коммуникационное ПО, а также список адресов с прокси-серверами, фотохостингами и т.д. Не забудем и про наш любимый Tor. То есть практически все, чтобы создавать текстовые и графические сообщения, обрабатывать видео и выпускать всю эту информацию в открытую сеть Интернет. Мобильный же сегмент этой системы нужен для локального обмена информацией.
Самодельные антенны проекта FabF– бьют далеко, а стоят копейки
Есть вполне гражданские примеры работы подобных систем - к примеру, сети FabFi, которые разворачивают в Африке. Здесь в единую сеть пытаются объединить маршрутизаторы Wi-Fi, а также нетбуки, которые могут получить питание от батарей с солнечными элементами. Связь между такими "беспроводными локалками" осуществляется с помощью достаточно простых усилителей и антенн, которые можно собрать буквально своими руками. :) Стартовый бюджет для организации сетевой инфраструктуры для нескольких городских кварталов составляет всего-то 500 долларов. Думаю, такие комплекты хорошо было бы создавать для России – проникновение фиксированного, да и мобильного интернета в нашей стране, особенно в регионах, далеко от идеала.
Загадочные мужчины на фоне самоделки – то ли сотрудники гуманитарных миссий, то ли доблестные американские разведчики. Скорее всего – обе роли сразу.
А вот для тоталитарных государств с развитой системой радиоконтроля и "глушения" подобных "постов связи" придуманы и другие решения. К примеру, мощный сигнал Bluetooth, который исходит от стационарного устройства: по сути, сотовый телефон в SSID которого обозначен призыв загружать туда свои оппозиционные видеоролики. Как только его память заполнена, у устройства меняют карту памяти, а весь "улов", после фильтрации, передается в глобальный Интернет и выставляется на фото в видеохостинги, в блоги.
Вполне возможно настроить Bluetooth таким образом, чтобы видеосъемка того или иного события будет автоматически пересылаться с одного аппарата на другой в рамках сети "доверенных пользователей". Как только эти устройства будут находиться недалеко друг от друга, конечно. Причем, от пользователей для этого не надо будет предпринимать никаких дополнительных действий.
Или "кочующие" фемтосоты, подключенные через проводные каналы доступа в Сеть к зарубежным провайдерам связи: они работают в режиме бесплатного роуминга и позволяют выходить в Интернет прямо с телефонов локальных абонентов.
Путей распространения информации, с помощью "теневого интернета", придумано много. В сочетании с использованием анонимных прокси (к примеру, того же Tor), с помощью таких беспроводных "постов связи" можно действительно выкладывать информацию в Сеть без какого-либо опознания ее отправителей. Интересно, можно ли эти системы применить и для извлечения прибыли?

Автор: Максим Букин
Взято с сайта nag.ru

17 окт. 2011 г.

Расследовательская журналистика по-российски

Полезно для понимания что и откуда берется , а также для понимания как воспринимать информацию....

Взято с сайта journalist-virt.ru , и , как говориться, - без комментариев.

Медиаскандал, связанный с прослушиванием телефонов сотрудниками издания "News of the world", принадлежащего Руперту Мердоку, взволновал все мировое медиасообщество. В №8 и №9 мы обсуждали это с российскими и зарубежными коллегами. В этом номере решили поговорить о расследовательской журналистике в России: о том, какие методы применялись журналистами раньше и какие технологии используются сейчас.
Игорь ГАМАЮНОВ, обозреватель "Литературной газеты":
Я работаю в "Литгазете" 32-ой год и, наверное, имею все основания сказать - история иронична. Потому что на протяжении последних двадцати лет сама журналистская практика беспощадно опровергала умозрительные построения на тему - какой должна быть журналистика, - в том числе расследовательская, - и какой она быть не должна. В любом случае - и я в этом на своем же опыте всякий раз убеждался - она должна быть правовой.
Пришел я в "ЛГ" как в уже сформированное под руководством знаменитого главреда Александра Чаковского издание, отвечающее всем требованиям классической газеты, аналогов которой не было в России. Это было, по сути, издание оппозиционной интеллигенции, или, если по-другому сказать, -думающих людей. Меня пригласили в "ЛГ" заведовать отделом, в котором работали "звезды" тогдашней журналистики: Евгений Богат, Ольга Чайковская, Александр Борин, Аркадий Ваксберг. Отдел наш в 70-ые и в начале 80-ых назывался - "коммунистического воспитания" (мы публиковали дискуссии на темы морали и права), но в перестройку нас, наконец-то, переименовали. Мы стали называться "Отделом морали и права". В 70-ые и 80-ые годы в "ЛГ" искусно маневрировали, владея иносказанием, цензура и ЦК были бессильны перед критическим пафосом множества публикаций тех лет, хотя поползновения "не пущать" те или иные статьи предпринимались постоянно.
Едва ли не главным компонентом наших полос были судебные очерки. Мы публиковали очерки двух типов - основанные на досудебных материалах, и - на постсудебных. В принципе, досудебные публикации в полном смысле являлись журналистскими расследованиями. Для нас одной из главных заповедей правовой журналистики было правило - нельзя до суда, даже если ты накопал неопровержимые данные, компрометирующие кого-либо, называть в печати человека преступником. Причем - обратите внимание - было это в ту эпоху, когда понятие презумпция невиновности не было общеупотребимым. Еще важный момент: мы всякий раз предельно отстранялись от эмоционального восприятия фактуры, хотя ее старались давать по максимуму. А фактура была самая страшная. Убийства, совершенные с особой жестокостью, при этом не доказанные; вовлечение правоохранительных органов в преступную деятельность. О воровстве и коррупции уж не говорю...
В чем я вижу принципиальное отличие нашего стиля работы с криминальным материалом от того, что сегодня зачастую вскрывается в медиамире, - как это и случилось в корпорации Мердока и происходит, увы, в нашей сегодняшней прессе? Журналист в командировку по острым темам не выезжал без специального помощника, который имел юридическое образование. Мы их между собой называли "разработчиками". В середине 80-ых я расследовал нашумевшее дело одной тоталитарной секты "Странники". Печальной известности на всю страну ей добавило жестокое убийство актера, снявшегося в кинохите тех лет - фильме "Пираты XX века", Талгата Нигматуллина. Впоследствии было доказано, и организаторы получили солидные сроки тюрьмы, что нити этого преступления тянутся именно к "Странникам". Убийство произошло в 1985 году, а сведениями об этой секте я владел еще за год до гибели актера. Ко мне стали приходить люди, в газету шли письма (мешками, в буквальном смысле), я сам впервые об этих "Странниках" узнал от читателя, который рассказал, что у него жена застряла в этой секте. Мы с разработчиками немедленно приступили к работе - встретились с некоторыми несчастными, попавшими под влияние этих "Странников", оценили жутковатые дела ее главарей (у двух из них уже были свои боевики - студенты вузов, прошедшие психологическую обработку). А в щупальца секты на фоне всеобщего безверия, царившего в стране в предперестроечную пору, в поисках хоть какой-то духовной опоры попадали люди неглупые, с образованием, из интеллигенции (как это и произошло с Нигматуллиным).
На основании личного общения и свидетельских показаний конкретных людей, - а не прослушки, - подтверждалось, что главари секты действуют, собирая вокруг себя покорных исполнителей, оперируя методом суггестии. То есть непрямым внушением в процессе непосредственного общения. Назначалась не раз психиатрическая экспертиза подозреваемым, - и в Вильнюсе, где произошло убийство Талгата, и в институте имени Сербского. Я в промежутке между двумя экспертизами съездил в Ленинград и взял большое интервью у авторитета судебной психиатрии профессора Карвасарского, и эта публикация серьезно повлияла на вынесение вердикта психиатров -"Странников" признали полностью вменяемыми. Затем следователи приезжали ко мне, брали материалы. Таким образом, мне и моим коллегам удалось собрать материал, укрепивший следственную доказательную базу, нашедшую полное подтверждение в судебном процессе. То есть "Литгазете" удалось внести свой вклад в изобличение преступников, оставаясь все время в рамках правового поля.
Случалось вести расследования, не прибегая к помощи правоохранительных органов. Таким был цикл моих статей о злоупотреблениях партноменклатуры в Волгоградской области, начавшийся со статьи "Криминальный помидор" о том, как по указанию областных властей стали крушить частные теплицы, борясь "с частнособственническими пережитками". В установлении фактов помогли читатели (написавшие в редакцию) и командировка с юристом-разработчиком в область. Результат публикаций - в январе 1990-го года, на исходе советской власти, два митинга на центральной площади Волгограда с плакатами, цитирующими тексты моих статей, с трансляцией по центральному ТВ и скандальное отстранение первого секретаря обкома партии Калашникова.
Мой друг и коллега Юрий Щекочихин, который пришел в "Литературку" месяцем раньше меня (и в тот же отдел, кстати), также начинал вести расследования еще до крайнего обострения ситуации, предчувствуя его. Такими, например, были его публикации о криминогенном поведении подростков, об их субкультуре. Просто он обладал информацией через целую систему ее сбора: читатели, правоохранители, а в последние годы к этому прибавилось еще и депутатство в Госдуме, которое журналисту-расследователю открывает необходимые источники информации. Вот где просто лавина данных обо всех и обо всем! Другой вопрос - как этой информацией ее обладатель начинает пользоваться, в чьих интересах.
"Прослушка" же, если говорить о нашей нынешней журналистике, начала активно использоваться в качестве безотказного инструмента добычи информации и, соответственно, обогащения публикаторов не сегодня, - в середине 90-ых годов. Был просто вал материалов. Это была демонстрация беззакония, когда так называемые "акулы пера", "информационные киллеры" упивались предоставленной им свободой. Очень часто на "заказанного" собирали материал исключительно интимного характера. И в одно прекрасное утро у него дома раздавался звонок, и его ставили в известность - мол, так и так, у нас имеется компромат, и чтобы он не помешал вам в дальнейшей карьере, выкатывайте энную сумму. Я знал одного такого "героя" пера (фамилию называть не буду) - потенции его как журналиста были явно невелики, зато потенциал мошенничества - невероятный. Кстати, прослушку он брал у своих людей в органах; а затем, с выходом статьи в свет, делился с ними "вырученными" деньгами. Вот такой бизнес. Он ходил по редакциям, зашел и в "Литературку", но я, будучи заведующим отделом, сразу отказал в публикации его "расследования". Он смог напечататься в другом издании. Его быстро поймали - человек, которого он шантажировал, организовал вторую встречу, и его взяли, что называется, с поличным. Жена его ездила по всем редакциям, приходила и ко мне, слезно просила опубликовать что-нибудь в защиту бедного "коллеги". На что я, при всей жалости к нему, ответил категоричным "нет".
Подобная принципиальность проистекает совсем не из какой-то душевной черствости - было бы нелепым, если бы наш отдел, стоявший у истоков правовой журналистики в стране, обелял бы проходимцев от профессии!
Анатолий ЛЫСЕНКО, президент Международной академии телевидения и радио, лауреат Государственной премии СССР, заслуженный деятель искусств РФ:
Вопросы морали в расследовательской журналистике существуют и, в то же время, -не существуют. Одинакового на все случаи рецепта тут не выпишешь, вопрос безусловно сложный, но главное, по-моему, здесь заключается в следующем. Журналист при выборе средств своего расследования или обличения, прежде всего, должен сам думать, как ему поступить в "предлагаемых обстоятельствах". В 80-ые работал у нас один журналист, который как-то принес материал, в котором он беседует с совсем еще юной девочкой (было это в Алма-Ате, в середине 80-ых), основная идея сюжета - популярная в те годы "поцелуй без любви". Эта тема тогда только начинала разворачиваться и в СМИ, и в искусстве. По большому счету, в том, как чисто внешне все было подано этим журналистом, ничего непристойного не было, нас настораживали человеческие последствия выхода подобного в эфир. В отснятом материале красавица рассказывала, что - да, ей это нравится, но пройдет некоторое время, она выйдет замуж, будет верной женой. И, само собой, в дальнейшем - ничего такого... Пустяковые вроде бы и невинные, по меркам сегодняшнего дня, откровения. Но проблема - в другом. Мы портим девчонку тем, что показываем ее именно такой, какой она сама себя через год-другой, возможно, будет стыдиться. Мы сейчас зафиксируем "трудности ее роста", растиражируем их для десятков миллионов, - и, в основном-то, ее ровесниц и ровесников, - и вовсе не исключено, что запросто поломаем ее психику, в самом начале жизненного пути. И мы об этом прямо заявили нашему автору. Что тут началось! Нам было сказано, что молодежная редакция - "это агенты ЦК КПСС", что мы, как мамонты, безнадежно устарели, и т.д., и т.п. Хорошо, мы пошли на компромисс, решили дать в эфир материал. Но -запикали голос героини и занавесили слегка шторкой ее изображение - чтобы не узнали. Реакция была незамедлительной: мне в тот же вечер позвонил председатель Гостелерадио Казахской ССР Шалахметов, который очень интересовался, что это за девушка, где она учится, живет и прочее. Дело в том, что ему самому позвонили из ЦК республики и распорядились все узнать и, естественно, "принять меры". Так что, вышло наглядно по поговорке "семь раз отмерь, один раз отрежь".
Во "Взгляде" также было одно искушение, но тогда до эфира дело все же не дошло. Ребята раскопали одного негодяя, который занимался тем, что в отношении понравившихся ему женщин орудовал правилом: "Переспишь со мной - дам квартиру". Богатенький такой Буратино... Очередная его пассия оказалась явно не робкого и не глупого десятка, пришла к нему, спрятала камеру, и их душещипательная беседа начала записываться. Как только дело напрямую подвинулось к развязке их встречи, в комнату ворвались заранее предупрежденные "представители общественности", и щедрый мужик "засветился". Конечно, хотелось изобличить его в ином масштабе, показать его наготу всей стране, но ощущение грязного белья не позволило нам этого сделать. Сюжет так и остался "на полке".
Подходы к содержанию журналистского продукта и способам его выражения на экране, что царили в "молодежке", были на высочайшем уровне (поверьте, мы совсем не были ханжами и, разумеется, объяснять, как делать интересное телевидение, можно было кому угодно на Центральном телевидении, но только не нашей редакции).
Приведу еще один весьма показательный пример. В 1997-98 годах мне не раз, и довольно активно, предлагали вернуться в ВГТРК, при этом - на место первого лица, председателя компании. Я должен был сменить Н.Сванидзе. И так получилось, что я готовился, но так и не сменил. Сначала немного переживал, а потом... Когда, по мере приближения очередных выборов, телевидение начало превращаться в инструмент откровенной и нечистоплотной "заказухи", я не раз тогда произнес: Господи, спасибо, что ты уберег меня от этого всего. Сванидзе как председателя ВГТРК сменил Швыдкой, и все мы вскоре увидели (именно увидели!) конечный результат той самой "прослушки", о которой говорим: "Человека, похожего на Генпрокурора". Затем на экранах начало появляться много чего подобного свойства. Должность, на которую меня приглашали, была (и остается) звеном во властной вертикали, и ты, если занимаешь ее, весьма несвободен в выборе средств. Или работаешь в команде, или уходишь. А о проблемах этики в этой дилемме как-то не вспоминают...
Дмитрий ПОПОВ, редактор отдела силовых структур "МК":
Методы "на грани фола" не только оправданны - в основном, только они и применяются в расследовательской журналистике. Поясню. Если следовать букве закона, то ни один информатор из системы правоохранительных органов не должен "сливать" что-либо журналисту. И мы заходим в тупик - общение начинается только на уровне пресс-служб, которые гонят официоз. Либо вы, в конце концов, получаете нужную вам информацию путем официальных запросов, но к этому моменту тема уже уходит в прошлое. Так что, где та самая грань - вопрос очень сложный. Можно целую научную работу писать. Что же касается чешского закона "О персональных данных", то с профессиональной точки зрения - можно только поаплодировать законодателям. На месте журналистов Чехии я бы сказал "спасибо" за такой закон - работа резко упрощается.
Опять же, с профессиональной точки зрения, было бы неплохо, чтобы наше государство дало право "шпионить" за негодяями. И сотрудничество журналистов с правоохранительными органами было бы, в целом, плодотворным - число разоблачений выросло бы очень резко. Но. В силу целого ряда причин (перечислять их нет нужды, они всем понятны) - точно так же резко возрастет и количество самых фантастических злоупотреблений. Давайте не будем торопиться, пусть уж лучше нам будет тяжелее работать.
Что касается личного практического опыта, то, конечно, добывая информацию, приходилось (и приходится) прибегать к нестандартным, неэтичным, а порой и граничащим с нарушением закона методам. Каким конкретно -говорить не буду. И - небольшая попытка самооправдания. А как еще работать, не отставая от конкурентов? И кто из нас, журналистов, не грешен?
ДЖОН КРОУФУТ (John Crowfoot), аналитик Международной федерации журналистов (его мнение выражает его личный взгляд на проблему):
Что касается российской журналистики, то здесь, как я полагаю, необходимо установить код этики, законными рамками и судебной практикой определить, что позволено, а что - нет. В Англии мы установили для себя в этом плане довольно четкую линию. Если то, что выясняет журналист и публикует редактор, есть действительно общественно значимая информация (in the public interest), то это обеспечит тебе оправдание на суде. И часто в этих случаях дело даже и не доходит до суда. Например, газета "Дэйли телеграф" два года назад получила не совсем законным образом документы, показывающие, как некоторые члены парламента из всех политических партий злоупотребляли системой поддержки их расходов на депутатскую работу. Потом газета начала кампанию против такого поведения, нашла поддержку в обществе. И, в результате, многие депутаты ушли из политики и не выставляли свои кандидатуры на очередных выборах в палату общин. А что касается развлекательного чтива (what interests the public) и не содержит никаких серьезных фактов нарушений и злоупотреблений, то это, как говорится, в порядке вещей и преследоваться по закону не будет.
По поводу фактических медиамонополий. Наверное, не надо допускать, чтобы один человек мог владеть настолько сильной медиаимперией. В США строже в этом смысле по сравнению с нами. А все началось давно, когда Мердок, уже владелец "News of the World", предлагал "добрые услуги". Никто не хотел покупать, т.е. постоянно субсидировать лондонский "Тайме", даже для престижа, и жаль - если бы пропало такое историческое издание. Потом Мердок купил ежедневник "Sun" (образец, мне сказали, российской газеты "Твой день") и вот - дело в шляпе, у него уже 40% британских читателей.
автор Александр Николаев

16 окт. 2011 г.

Улучшение инструмента конкурентной разведки




Всегда хорошо, когда есть инструмент для исследований, особенно хорошо, когда есть инструмент, позволяющий взглянуть своими глазами на интересующий объект (или почти своими :) ). И конкурентная разведка не исключение среди таких исследований. Так что приятно, что Гугл модернизирует свои сервисы, в т.ч. и визуальные.

В Google Maps и Google Earth реализована поддержка WebGL

"Компания Google продолжает вносить улучшения в свои онлайн сервисы. На этот раз модернизации подверглись сервисы Google Maps и Google Earth, для них реализована поддержка стандарта WebGL.
Благодаря этому удалось значительно повысить скорость обработки графической информации, демонстрируемой этими сервисами в браузере пользователя. В частности, пользователю стала доступна возможность плавного вращения камеры обзора, ускоренного масштабирования изображения. В режиме «Спутник» можно рассматривать панорамы различных мест под углом 45 градусов. Кроме того, теперь векторная карта отрисовывается динамически, а не загружается с сервера, что значительно повышает скорость отображения графической информации. Отдельно отмечается, что в режиме просмотра улиц теперь нет необходимости загружать дополнительный подключаемый модуль. Переход от просмотра карты к просмотру улицы стал более плавным и быстрым.

Отмечается, что для использования новых возможностей в сервисах Google Maps и Google Earth нет необходимости устанавливать какое-либо дополнительное программное обеспечение. Достаточно иметь компьютер или ноутбук с относительно современной видеокартой, обладающей поддержкой WebGL, а также браузер, обладающий поддержкой этого же стандарта. В последних версиях браузеров Chrome и Firefox реализована такая поддержка. Также в самих сервисах нужно будет в настройках указать, что обработку графики необходимо производить на базе WebGL."


Взято с сайта ITC-UA